Лечение рака стволовыми клетками: в Америке началось клиническое испытание

Соединенные штаты Америки могут похвастаться лучшей статистикой выживаемости при онкологических заболеваниях по сравнению с большинством других развитых стран. Это стало возможным благодаря целому ряду факторов.

В Америке большое внимание уделяется медицинскому оборудованию. Местные онкологические центры оснащены по последнему слову техники, активно используют инновационные технологии и новые лекарства.

Кроме этого, онкология в США предполагает обширный скрининг и более агрессивное противоопухолевое лечение.

Лечение рака в Америке проводится опытными врачами, которые имеют четкую программу действий на каждом этапе терапевтического процесса.

Пациентам онкологических клиник предлагаются передовые технологии и инструменты в борьбе с раком в сочетании с поддерживающей терапией, помогающей уменьшить побочные эффекты и улучшить качество жизни больных.

Лечение рака в США предполагает мультидисциплинарный подход, означающий, что каждым пациентом занимается целая команда врачей различного профиля.

Как диагностируют и лечат рак в США?

Качественная диагностика и своевременное начало лечения способны значительно улучшить прогноз пациента и повысить шансы на выздоровление. В американских онкологических центрах применяются следующие общие виды диагностики:

  1. Лабораторные тесты. Анализ мочи, крови и других биологических жидкостей помогает врачам выявить отклонения, вызванные злокачественным процессом. Клиники Америки оснащены мощным лабораторным оборудованием, позволяющим проводить сложные анализы, такие как генетическое тестирование, составление молекулярного профиля опухоли, выявление онкомаркеров и др.
  2. Тесты диагностической визуализации. Эти методики позволяют врачу оценить состояние внутренних структур тела неинвазивным путем. В клиниках США используются такие методики, как цифровой рентген, цифровое УЗИ, остеосцинтиграфия, КТ, МРТ, ПЭТ. Благодаря высокотехнологичному оборудованию американские онкологи способны выявить рак на очень ранней стадии, поэтому процент излечившихся пациентов здесь очень высок.
  3. Эндоскопическая диагностика. Это еще один способ, позволяющий врачу заглянуть внутрь тела пациента без хирургического вмешательства. Эндоскопия дает подробную информацию о состоянии тканей, а поэтому считается одним из самых надежных методов диагностики раковых опухолей.
  4. Биопсия. Во время биопсии врач берет образец ткани для лабораторного анализа. Существует несколько способов сбора образцов. Выбор методики будет зависеть от типа раковой опухоли и ее местоположения. Американские онкологи предпочитают наименее инвазивные методы биопсии. Современные системы визуализации позволяют провести биопсию максимально точно, избегая излишней травматизации окружающих тканей.

После комплексной диагностики и постановки окончательного диагноза составляется персонализированный план лечения, учитывающий многие индивидуальные характеристики пациента, такие как возраст, наличие сопутствующих заболеваний, переносимость тех или иных методов терапии и т.д.

Как и в других странах тремя основными направлениями лечения рака в Америке являются:

  • Химиотерапия. В США ведутся постоянные научные исследования, посвященные поиску новых, более эффективных и безопасных лекарств от рака. В местных клиниках проводятся многочисленные клинические испытания, в которых при наличии желания и показаний можно принять участие. Пациентам американских онкологических центров доступен широкий спектр химиотерапевтических лекарств. Протокол лечения составляется индивидуально с учетом молекулярных характеристик опухоли.
  • Лучевая терапия. Американские клиники оснащены высокотехнологичными лучевыми установками, благодаря которым можно прицельно воздействовать на опухоль. Для лечения различных типов рака используются такие методы лечения, как стереотаксическая хирургия, радиотерапия с модулируемой интенсивностью, ротационное объемно-модулируемое облучение, гипофракционная лучевая терапия и др.
  • Хирургия. Была и остается «золотым стандартом» для лечения большинства онкологических заболеваний. Американские клиники одними из первых начали практиковать минимально инвазивные операции, которые позволяют удалить опухоль щадящим путем. Помимо этого, в Америке проводятся роботизированные операции. Они отличаются высокой точностью и хирургической деликатностью. Робот может работать с очень мелкими структурами – кровеносными сосудами, нервами – которые недоступны для рук хирурга. Лечение рака матки в Америке может быть проведено с задействованием роботизированной хирургической системы.
  • Трансплантация стволовых клеток. Некоторые типы рака нуждаются в агрессивном химиотерапевтическом лечении. Однако высокие дозы химиотерапии разрушают стволовые клетки в костном мозге, вызывая сбой в процессе кроветворения. Пересадка стволовых клеток помогает врачам использовать высокодозную химиотерапию, восстанавливая впоследствии костный мозг пациента. Технология трансплантации помогла американским онкологам добиться существенного прогресса в лечение гематологического рака.
  • Гормональная терапия. Онкологам известно, что некоторые виды рака нуждаются в определенных гормонах, чтобы опухоль могла расти и развиваться. Гормонотерапия блокирует выработку этих гормонов, подавляя таким образом развитие злокачественного процесса. Лечение рака груди в США часто предполагает гормонотерапию. Перед началом лечения проводится специальный анализ, чтобы выяснить, является ли опухоль гормонозависимой.

Онкология в Америке: инновационные методы лечения

Помимо стандартных, проверенных клиническим опытом и временем методик, американские врачи постоянно ищут новые, более действенные способы борьбы с раковыми опухолями.

  1. Таргетная терапия. Этот инновационный метод лечения рака был назван Американским онкологическим обществом настоящим прорывом. Таргетная терапия – это очень специфический вид химиотерапии, который нацелен на определенные компоненты раковых клеток, отличающие их от здоровых клеток. Некоторые таргетные препараты отключают химические сигналы, необходимые для деления и роста опухолевых клеток. Другие – блокируют рост кровеносных сосудов, питающих опухоль. Третьи «проносят» токсические вещества сквозь мембрану раковой клетки, разрушая ее.
  2. Иммунотерапия. Этот метод начал использоваться относительно недавно, но уже успел зарекомендовать себя как перспективный способ борьбы с раком. Иммунотерапия стимулирует природные защитные силы организма, «обучая» его распознавать и убивать раковые клетки. Сейчас в американских научных центрах идут активные исследования, посвященные онколитическим вирусам, которые способны заражать и разрушать опухолевые клетки.
  3. Фотодинамическая терапия. Предполагает использование препаратов, которые делают раковые клетки гиперчувствительными к свету. Это относительно новый метод лечения рака, который пока не доступен широко, но Американское онкологическое общество предполагает, что он может стать прорывом в области лечения онкозаболеваний. Сейчас его используют во время операции, чтобы предотвратить рецидив рака в больших частях тела, таких как брюшная или плевральная полость.
  4. Протонная терапия. Это чрезвычайно точная форма лучевого лечения рака. Она обладает множеством преимуществ по сравнению со стандартной радиотерапией, так  как позволяет доставить высокие дозы радиации в опухоль, не повреждая здоровых тканей. Лечение рака легких в США часто предполагает использование протонной терапии. Помимо этого, с ее помощью лечат рак головы и шеи, головного мозга, глаз, молочной железы, печени, а также лимфому и другие виды онкозаболеваний.
  5. Направленная терапия. Этот метод лечения предполагает использование генетического тестирования для того, чтобы выбрать наиболее действенную тактику лечения на основе конкретных генетических характеристик конкретной опухоли. На данный момент проводится множество клинических испытаний новых направленных препаратов, ориентированных на определенные генные мутации при раке груди, легких, колоректальном раке, а также некоторых видах лейкемии и меланоме.

Лучшие онкологические центры США

В США множество частных и государственных онкологических клиник с разным уровнем обслуживания и разной ценовой политикой. Одними из наиболее известных клиник являются:

Лечение рака стволовыми клетками: в Америке началось клиническое испытание Рейтинг клиники:

  • Форма собственности: Нет данных
  • Accreditation of JCI:
  • Страна: США, Нью-Йорк

Это некоммерческая больница, расположенная в Нью-Йорке. Онкологический центр был основан в 1884 году группой меценатов и бизнесменов. В 1936 году больница переехала на ее текущее месторасположение.

Земля под ее строительство была подарена Джоном Д. Рокфеллером. С тех пор она превратилась в один из ведущих медико-исследовательских центров страны и одну из самых востребованных клиник по лечению рака.

Рейтинг клиники:

  1. Форма собственности: Частная
  2. Accreditation of JCI:
  3. Страна: США, Рочестер

Одна из самых известных больниц в мире. Онкологический центр клиники Майо состоит из трех кампусов, расположенных в Фениксе (штат Аризона), Джексонвилле (штат Флорида) и в Рочестере (штат Миннесота). Клиника оказывает квалифицированную высокотехнологичную онкологическую помощь пациентам со всего мира.

Лечение рака стволовыми клетками: в Америке началось клиническое испытание Рейтинг клиники:

  • Форма собственности: Нет данных
  • Accreditation of JCI:
  • Страна: США, Бостон

Основанный в Бостоне, Институт рака Дана-Фарбер уже давно является мировым лидером в области диагностики, лечения и исследования рака.

Институт Дана-Фарбер и Женский онкологический центр совместно обеспечивают комплексное лечение женщин и мужчин, страдающих раком молочной железы.

Они сотрудничают с ведущими хирургами, онкологами и радиологами страны, многие из которых являются авторами методик, которые сейчас стали стандартом эффективного лечения рака груди.

Лечение рака стволовыми клетками: в Америке началось клиническое испытание Рейтинг клиники:

  1. Форма собственности: Государственная
  2. Accreditation of JCI:
  3. Страна: США, Балтимор

Как и клиника Майо, больница Джона Хопкинса является одним из наиболее известных и надежных медицинских учреждений в Соединенных штатах.

Наряду с традиционными методиками лечения злокачественных опухолей в больнице активно практикуются прогрессивные методики.

В частности, в Комплексном онкологическом центре Синди Киммела при Университете Джона Хопкинса ведутся многочисленные исследования, посвященные иммунотерапии и трансплантации костного мозга.

Рейтинг клиники:

  • Форма собственности: Государственная
  • Accreditation of JCI:
  • Страна: США, Кливленд

Это крупный частный медицинский центр, расположенный в Кливленде (штат Огайо).

В онкологическом центре Кливлендской клиники работают более 450 врачей, исследователей, медсестер и технического персонала, оказывающих квалифицированную помощь тысячам онкобольных каждый год.

Центр специализируется на таких методах лечения рака, как онкохирургия, химиотерапия, высокотехнологичная лучевая терапия, иммунотерапия, таргетная терапия и др.

Стоимость лечения рака в США

В США есть огромное количество частных и некоммерческих клиник по лечению рака с разным уровнем обслуживания. Поэтому цены на лечение могут существенно варьироваться.

Цены на лечение рака в США от 2100$ from $2100

В сша начались испытания crispr-терапии рака

Лечение рака стволовыми клетками: в Америке началось клиническое испытание

Julio C. Valencia / NCI Center for Cancer Research

В США появились первые промежуточные итоги клинических испытаний CRISPR-варианта CAR-T терапии для борьбы с раком. Об этом сообщила пресс-служба медицинского центра Пенн при Пенсильванского университете. Три пациента получили инъекции отредактированных клеток, те прижились в их кровотоке и не вызвали ухудшения. Однако ответ пациентов на терапию врачам пока зафиксировать не удалось.

Читайте также:  Опухоль головного мозга: симптомы, причины, стадии, диагностика и как лечат рак мозга

Несмотря на то, что технологии CRISPR-редактирования посвящают все больше научных исследований, ни одно ее применение в медицине до сих пор не одобрено официально. Известно только несколько клинических испытаний, в ходе которых CRISPR-отредактированные клетки вводили в организм пациентов: одни проходили в Китае, другие — в Европе.

Теперь пилотные испытания добрались и до США. В медицинском центре Пенн врачи опробовали CRISPR-терапию, нацеленную на борьбу с раком. Фактически это модификация генной терапии CAR-T, которую одобрили для применения в 2017 году.

Исходная методика CAR-T построена на модификации генома Т-лимфоцитов. Их программируют на борьбу с В-лимфоцитами, которые размножаются при некоторых видах рака крови. Для этого в Т-клетки с помощью вирусных векторов вводят ген, который кодирует рецептор к поверхностному белку В-клеток. Модифицированные клетки размножают и вводят обратно в организм, где они прицельно атакуют опухоль.

CRISPR-вариант CAR-T похож на оригинал лишь общим принципом. У пациентов так же забирают Т-клетки и редактируют их геном. Однако в новом методе ученые используют CRISPR/Cas9, чтобы удалить из ДНК Т-клеток два гена: один — белок PD-1, который блокирует активность лимфоцитов (за его открытие в 2018 году присудили Нобелевскую премию).

Второй — обычный рецептор, с помощью которого лимфоциты узнают свою мишень. Затем посредством вирусного вектора в клетки вводят ген другого рецептора, который связывается только с определенными белками на поверхности опухоли.

После такого тройного редактирования Т-лимфоцит получает способность избирательно распознать раковую клетку, а заодно приобретает устойчивость к ее подавляющему действию.

По словам ученых, в пробном испытании приняли участие три пациента: двое со множественной миеломой и один — с саркомой. Все трое получили разовую инъекцию отредактированных клеток после короткого курса химиотерапии.

Позже анализы крови показали, что CAR-T-клетки прижились и размножились в их организме. Об эффективности процедуры судить пока рано, поскольку врачи еще не заметили ответа пациентов на терапию.

Однако они уже с уверенностью говорят об отсутствии побочных симптомов, что немаловажно — один вид CAR-T терапии уже потерпел поражение из-за внезапной смерти пациента.

В разговоре с пресс-службой медицинского центра исследователи упомянули, что редактирование привело к образованию «разных вариантов» клеток, и среди них предстоит выбрать наиболее активные.

Это может означать одно из двух: либо не во всех клетках удается внести все три изменения в ДНК, либо в некоторых возникают нецелевые исправления. И то, и другое может стать препятствием для дальнейшего развития этого метода.

Точнее это будет известно через месяц, когда ученые представят результаты своих испытаний.

Подробнее о том, как работает технология CAR-T, читайте в нашем материале «Химера против рака». А о том, какие трудности возникают при применении CRISPR/Cas для редактирования генома, в том числе зародышей, рассказывает наш текст «В режиме редактирования».

Полина Лосева

В сша впервые вылечили iv стадию рака молочной железы при помощи иммунных клеток пациентки

Врачи из Национальных институтов здравоохранения (National Institutes of Health, NIH, США), впервые вылечили метастатический рак молочной железы, используя собственные иммунные клетки пациентки.

Ученые полагают, что аналогичная терапия уже в ближайшем будущем сможет помочь миллионам людей победить и другие виды рака, даже на стадии, когда они формируют вторичные очаги в новых местах организма.

Результаты клинического эксперимента были опубликованы в журнале Nature Medicine. О подробностях исследования сообщает журнал The New Scientist.

Диагноз рак молочной железы последней стадии поставили жительнице штата Флорида Джуди Перкинс, опухоль метастазировала в другие органы, в том числе в печень. По прогнозам врачей, женщине оставалось жить два-три месяца. На тот момент пациентка опробовала все возможные варианты лечения, но они оказались безрезультатными. Тогда Джуди Перкинс попала на экспериментальное лечение в NIH.

Ученые испытали на женщине новый метод, задача которого состояла в том, чтобы заставить иммунную систему самостоятельно справиться с недугом. Лечение работает по принципу поиска генетических мутаций, которые приобретают раковые клетки по мере их роста и размножения.

Эти мутации у каждого пациента особенные, и некоторые из них вызывают изменения в белках, которые находятся на поверхности клеток. Иммунная система может распознавать поверхностные белки, что побуждает ее атаковать раковые клетки.

Но такая иммунная реакция обычно недостаточно эффективна, для того чтобы бороться с раком своими силами.

Включение мощного иммунного ответа – основная цель новых методов лечения рака. Один из подходов состоит в том, чтобы взять лимфоциты (клетки иммунной системы) у пациента, размножить их в лаборатории и затем ввести обратно тому же больному.

На сегодняшний день разные виды иммунотерапий, которые используют этот или схожий методы, уже сумели добиться определенных успехов в лечении раков с большим количеством мутаций, таких как рак кожи или рак легких, связанный с курением.

Но впервые подобная терапия сработала эффективно в отношении одного из раков с меньшей частотой мутаций, рака молочной железы.

Мутации запускают иммунный ответ организма, но у рака молочной железы только около 2% мутаций способны на это. У рака Джуди Перкинс было выявлено четыре мутации.

 Чтобы излечить пациентку, ученые вначале выделили у нее типы лимфоцитов, которые могли бы распознать эти мутации. Затем они размножили обнаруженные иммунные клетки и ввели их в объеме 80 млрд в кровь.

Параллельно исследователи давали пациентке специальный препарат, так называемый ингибитор контрольно-пропускного пункта, который предназначен для повышения активности иммунных клеток.

Через шесть недель с начала нового метода лечения опухоли уменьшились вдвое, а через год исчезли. Через два с половиной года Джуди Перкинс выздоровела. По словам женщины, она вернулась к прежней жизни и вновь совершает длительные пешие походы и занимается сплавом по реке на каяке.

Иммунотерапия уже эффективно справляется с раками печени, толстой кишки и шейки матки. По мнению ученых, успешное излечение от рака молочной железы вселяет надежду на то, что новый прогрессивный метод сможет также результативно бороться и с другими видами раков даже на стадии метастазирования, когда все остальные способы бессильны.

«Я полагаю, что это чрезвычайно захватывающая и многообещающая стратегия. Она показывает, что лечение иммунными клетками может сработать не только для определенных типов раков, таких как меланома, но и в более широком диапазоне», – сказал Чарльз Свантон из Института Фрэнсиса Крика (Великобритания).

Ученые предупреждают, что говорить о внедрении нового способа лечения рака молочной железы в общемировую практику еще рано. Предстоит продолжить клинические испытания, чтобы отработать и усовершенствовать метод.

Еще две женщины с такой же болезнью, как у Джуди Перкинс, приняли участие в эксперименте, но организм одной из них не ответил на иммунотерапию, другая умерла, прежде чем врачи смогли оценить результаты лечения.

   

Пока клеточная терапия является очень дорогим методом лечения, ее стоимость доходит до $500 тыс. на пациента.

Еще одно обнадеживающее исследование недавно установило, что 70% женщин с наиболее распространенной формой рака молочной железы на ранней стадии не нуждаются в химиотерапии.

С помощью генетического теста можно определить, каких женщин можно безопасно вылечить только хирургическим способом и гормональной терапией, избавляя их от серьезных побочных эффектов химиотерапии.

Результаты своей работы ученые представили на ежегодном собрании Американского общества клинической онкологии в Чикаго.

Материал предоставлен проектом «+1».

Тайна рассеянного склероза

В НИИ  неврологии РАМН выступил с лекциями известный специалист по рассеянному склерозу профессор из Южнокалифорнийского университета (Лос-Анджелес) Лесли Вайнер (Leslie Weiner).

Первая лекция была посвящена новым подходам к диагностике и лечению рассеянного склероза (РС), а вторая — перспективам клинического применения стволовых клеток.

Встреча американского невролога со своими российскими коллегами  состоялась благодаря содействию бывшего сотрудника НИИ неврологии, ныне профессора анестезиологии Южнокалифорнийского университета  Владимира Зельмана,  многое сделавшего для укрепления  российско-американских медицинских связей. Встреча открылась приветствиями директора НИИ неврологии  РАМН члена-корреспондента РАМН Зинаиды Суслиной и председателя Всероссийского общества неврологов  академика РАМН Евгения Гусева.

Рассеянный склероз

Хотя  центральная нервная система является иммунологически привилегированным местом, там тоже могут развиваться аутоиммунные заболевания. В США насчитывается около 350 тыс. больных  РС, а  ежегодное число новых случаев патологии составляет около 12 тыс. Во всем мире число больных РС может достигать 2,5 млн.

Женщины страдают им в 2-3 раза чаще мужчин, что характерно для многих аутоиммунных заболеваний. Семейная предрасположенность  выявляется в 10% случаев. «Никто не знает, когда начинается эта болезнь» — отметил профессор Вайнер. Вначале  появляются усталость и депрессия,  затем  — спастика  и неконтролируемое мочеиспускание.

При магнитно-резонансной томографии (МРТ) в 90% случаев обнаруживаются характерные  очаговые изменения.  Однако у 10% больных  изменения при МРТ не выявляются. В таких случаях диагноз подтверждается с помощью вызванных потенциалов (ВП) и исследования ликвора.

  Известны критерии МакДональда, согласно которым для постановки диагноза РС достаточно единственного обострения заболевания при условии клинических находок и объективных данных  (изменения при МРТ или ВП плюс ликвор). МРТ с контрастом в режиме Т2 является более чувствительным методом по сравнению с данными клиники.

При МРТ между двумя обострениями регистрируются новые очаги демиелинизации. Однако по мере прогрессирования болезни число МРТ-изменений  снижается, поскольку воспалительная фаза РС сменяется нейродегенеративной.

Если при стабильном  клиническом состоянии при МРТ выявляются новые очаги, необходимо изменить лечение. Даже у «стабильного» больного МРТ необходимо проводить не реже одного раза в год.

По словам Вайнера, «заболевание начинается в крови». Активированные Т-лимфоциты каким-то образом попадают в мозг, это приводит к пролиферации астроцитов, что, в свою очередь, ведет к пролиферации антимиелиновых антител, разъедающих миелиновую оболочку нейрона.

  При этом макрофаги вновь попадают в кровеносное русло, что приводит к повторной сенсибилизации. Причина, запускающая весь этот каскад, до сих пор неясна. Результатом этих тонких биохимических процессов  является потеря аксонов. Накопление  поврежденных аксонов знаменует  переход воспалительной фазы заболевания в  нейродегенеративную.

  Этот процесс занимает в среднем около 10 лет (7 лет у мужчин и 12 лет у женщин).

Читайте также:  Аденокарцинома толстой кишки: прогноз выживаемости, лечение, симптомы

Отсюда профессор  Вайнер делает важный практический вывод:  все известные нам лекарства  могут влиять только на воспалительную фазу РС. Ни одно лекарство  не в состоянии  воздействовать  на нейродегенеративную фазу заболевания.

  Обычная МРТ не может продемонстрировать  степень аксональных повреждений и необратимость демиелинизации. Определенные надежды возлагаются здесь на магнитно-резонансную спектроскопию. По-видимому,  рано начатое лечение позволяет отодвинуть наступление нейродегенеративной фазы.

Но как оценить его эффективность? Можно ли судить о ней по изменениям при МРТ?

Для лечения РС широко применяется интерферон-бета. Он уменьшает частоту клинических рецидивов заболевания на 30% и снижает вероятность появления новых очагов по данным МРТ. Возможно, интерферон-бета  замедляет наступление инвалидизации.  Однако остается открытым вопрос о том, насколько длителен эффект, связанный с его назначением.

 При ремиттирующем течении РС  эффективен глатирамера ацетат. По сравнению с интерфероном бета он лучше переносится, но его эффективность не так высока. Больным, которым ничего не помогает, назначают митоксантрон.

Препарат вызывает значительные побочные эффекты — перед каждым его введением необходимо измерять фракцию сердечного выброса. Внутривенно вводимые глюкокортикоиды обладают кратковременным эффектом и являются дополнительным методом лечения.

Иммуноглобулины, также назначаемые внутривенно,  неэффективны в снижении прогрессирования заболевания, но уменьшают частоту его обострений.

Далее профессор Вайнер остановился на драматических попытках лечить РС антиадгезивными моноклональными антителами. При клинических испытаниях препарат уменьшал частоту рецидивов РС на 60% (т.е. вдвое по сравнению с интерферонами), однако был удален с рынка после того, как трое принимавших его больных умерли от вирусных заболеваний нервной системы.

В последнее время для лечения РС применяются статины, обладающие в высоких дозах иммуносупрессорным действием. Например, аторвастатин назначается в дозе 80 мг/день, тогда как сердечные больные получают его в дозе 10-20 мг/день.

Для профилактики появления новых очагов женщинам назначают  эстрогены (эстриол). В основу такой терапии положено известное клиническое наблюдение — на третьем триместре беременности прогрессирования РС не наблюдается. Мужчинам назначают тестостерон.

К экспериментальной терапии РС относится трансплантация костного мозга (при клинических испытаниях заболевание возобновлялось через год, отмечено два смертельных случая), альтернативное лечение (витамины, травы и т.д.) и применение вакцины Т-лимфоцитов при непрерывно прогрессирующей форме РС. Вакцины  для лечения РС исследовалась на протяжении 15 лет, но эта работа не принесла положительных результатов.

Современные подходы к лечению РС заключаются в следующем:  во-первых, лечение нужно начинать как можно раньше, и во-вторых, оно должно быть комбинированным.  Необходим поиск прогностических маркеров тяжести течения заболевания. Большие терапевтические надежды при РС связывают со стволовыми клетками, чему была посвящена вторая лекция профессора Вайнера.

Стволовые клетки

 Универсального определения понятия «стволовая клетка» не существует. Свойствами таких клеток являются способность к самообновлению и самовоспроизведению и способность дифференцироваться в различные ткани.

Источники нейрональных клеток многообразны — эмбриональные стволовые клетки, нейрональные предшественники в костном мозгу, пуповинные клетки, нейроэпителиальные клетки, клетки плода старше 9 недель, молочные зубы и т.

д.

Преимуществом стволовых клеток является, во-первых, их способность к бесконечному размножению, во-вторых, их плюрипотентность, и в-третьих, их генетическая пластичность (т.е. можно добавлять в клетку или убирать из нее гены; например, при добавлении гена теломеразы клетка не стареет).

Президент США ограничил федеральное финансирование экспериментальных работ с эмбриональными стволовыми клетками человека, однако исследования, финансируемые из бюджетов штатов и частных фондов, продолжаются.

Недавно на частные средства был создан Калифорнийский  институт регенеративной медицины с ежегодным бюджетом 300 млн долл.

В будущем году в США начнутся клинические испытания по лечению стволовыми клетками спинномозговой травмы. По прогнозам профессора Вайнера, для лечения РС стволовые клетки начнут применять лет через 20.

Вакцина оказалась неэффективной

Лекция завершилась оживленной дискуссией с участием ведущих специалистов  НИИ неврологии РАМН. По окончании  встречи профессор Лесли Вайнер дал интервью  «Медицинской газете». Наша беседа началась с просьбы рассказать читателям «МГ» о своем творческом пути.

—  Я родился в  Нью-Йорке, в Бруклине. Окончил среднюю школу с научным уклоном в Манхеттене, затем учился в медицинском колледже и на медицинском факультете Университета Цинциннати, по окончании которого специализировался по неврологии в Университете им. Дж. Хопкинса в Балтиморе, штат Мериленд. Был призван на два года в армию во время вьетнамской войны.

Вернувшись, специализировался по вирусологии  в Университете им. Дж. Хопкинса, затем работал в Национальном институте здоровья вместе с  известным вирусологом Даниелем Карлтоном Гайдушеком — будущим нобелевским лауреатом. Потом  мне  предложили остаться на кафедре неврологии в Университете им. Дж. Хопкинса, где я работал 6 лет до своего перехода  в 1976 г.

в Южнокалифорнийский университет в Лос-Анджелесе.

— Почему именно рассеянный склероз был выбран вами в качестве объекта исследования?

— Я написал дипломную работу по генетике рассеянного склероза, еще будучи студентом-медиком. Тогда об этом почти ничего не было известно. Работая в неврологической клинике, я встречал многих людей, родственники которых страдали этим заболеванием.

Занимаясь патоморфологией в студенческие годы, я заинтересовался воспалительными заболеваниями нервной системы.  Рассеянный склероз интересовал меня также с точки зрения физиологии — когда очаг находится  в зрительном нерве, нарушается зрение, при локализации очага в мозговом стволе появляется головокружение и т.д.

В своей жизни я столкнулся с замечательными людьми, изучающими  рассеянный склероз, такими как  Ричард Джонсон — вирусолог, возглавлявший кафедру в Университете им. Дж. Хопкинса. Переехав в Калифорнию, я решил сконцентрировать свои усилия на  изучении вирусной природы нейродегенеративных заболеваний.

Моя научная работа  вначале  состояла в поиске вируса, вызывающего боковой амиотрофический склероз.  Поиск был безрезультатным. Затем мы работали над вирусной моделью рассеянного склероза, но постепенно наши научные интересы сместились в область изучения иммунного ответа при этом заболевании.

Примерно 15 лет назад у меня возникла идея применения  лимфоцитарной вакцины для лечения рассеянного склероза — взять лимфоциты больного, подвергнуть их воздействию миелопротеинов, убить их и снова ввести этому же больному. Мы провели  успешные эксперименты на животных, а затем перешли к первой фазе клинических испытаний на людях.

Это было плацебоконтролируемое исследование, в котором участвовали 84 больных. Вакцина оказалась неэффективной. На это ушло 15 лет труда. Сейчас мы разрабатываем новую вакцину.

В последние два года моя лаборатория изучает вопросы  репаративной регенерации нервной ткани с помощью стволовых клеток. Мы работаем со стволовыми  клетками костного мозга, эмбриональными и пуповинными стволовыми клетками. Надеюсь, что мы сможем вводить эти клетки больным рассеянным склерозом в качестве экспериментального метода лечения.

Вопрос заключается в том,  сколько клеток и куда вводить? При этом нельзя забывать об опасности их малигнизации.  Мы также исследуем экспрессию генов у этих клеток. Нам удалось показать, что молекулы воспаления влияют на экспрессию генов у стволовых клеток.

Но, в общем, мои цели очень скромны: во-первых, установить причину рассеянного склероза и, во-вторых, вылечить эту болезнь (смеется). Ради этого стоит жить и работать.

 — Ваша работа носит экспериментальный характер. Как удается сочетать ее с практикой в клинике?

— Я рано, в 39 лет, стал профессором, а в 42 года возглавил неврологическую клинику, которой руководил в течение 24 лет. Каждое утро  я принимал больных, а после обеда  занимался наукой.  Много времени уходило на администрирование. В моей клинике было 42 кафедральных работника, в том числе 12 биологов-исследователей, остальные — неврологи и детские неврологи.

  У всех были исследовательские проекты, и в мои обязанности входило  добывать для них деньги. Приходилось иметь дело как с больничной, так и с университетской администрацией (в США больницы отделены от университетов). Чтобы  посвятить больше времени научной работе, в июле прошлого года я отказался от заведования клиникой.

  Сейчас я раз в неделю с 9 утра до 7-8 вечера веду поликлинический прием, а в стационаре работаю только два месяца в году.  Мне 69 лет, но в нашем университете нет обязательного пенсионного возраста — можно работать столько, сколько захочешь, пока ты продуктивен.

Я решил отказаться от заведования, но продолжаю читать лекции студентам, некоторые из них приходят работать в мою лабораторию. Каждые  3-4 года у меня появляется новый аспирант.

— Говорят, вы были лечащим врачом Рональда Рейгана?

— Заведуя неврологической клиникой, я видел не только больных с рассеянным склерозом. Да, я был лечащим врачом Рейгана в течение 3,5 лет, пока не понял, что он стал настолько дементен, что  невролог ему уже не нужен.

— Это ваш первый приезд в Россию?

— Да, нахожусь под очень большим впечатлением от увиденного. В С.-Петербурге мне показали одного трудного больного, а сегодня утром я консультировал в Гематологическом научном центре РАМН.  Оба больных получают такое же лечение, как в Америке…

Беседу вел Болеслав ЛИХТЕРМАН, корр. «МГ», кандидат медицинских наук.  

НА СНИМКЕ: профессор Лесли ВАЙНЕР.

Стволовые клетки спасают суставы

— Как давно применяется SVF-терапия?

— За рубежом этот метод начали использовать в медицине еще в 50-е годы прошлого века, а активно применять
в травматологии и ортопедии стали в 90-х. Конечно,
с тех пор медицина значительно продвинулась в плане
расходных материалов и оборудования.

Читайте также:  Лечение рака голоданием: может ли голодание вылечить рак, лечебное голодание при онкологии

Для России это сравнительно новая процедура. У нас
в 90-х подобные манипуляции были доступны только
на уровне президентских клиник. После «нулевых» количество пациентов, которым проводится SVF-терапия,
увеличилось, и сейчас этот метод активно внедряется
в общепринятую практику.

— В каких случаях травматологи-ортопеды назначают такую терапию?

— Основное показание — хронические боли в суставах
и связках, возникающие, например, при артрозах. Также
эта процедура нередко используется для восстановления после переломов или
разрывов связок и для профилактики износа хрящевой
ткани суставов, в частности,
в спортивной медицине.

Прежде чем назначить
такую терапию, травматолог-ортопед осматривает пациента и собирает информацию об имеющихся жалобах,
ранее проведенном лечении,
наличии других заболеваний,
назначает исследования суставов — рентген, КТ или МРТ.

Лечение обогащенной тромбоцитами плазмой крови называется PRP-терапией, или
плазмолифтингом. Тромбоциты известны
своими восстановительными свойствами. Эту технологию мы также применяем
отдельно для лечения заболеваний опорно-двигательного аппарата. Ее преимущество — более доступная стоимость. Она
тоже выполняется только по назначению
врача.

— Можете коротко описать суть метода?

— В повседневной жизни мы сильно нагружаем суставы,
и постепенно хрящ стирается. У возрастных пациентов
к тому же снижена трофика, то есть питание тканей, и хрящу неоткуда взять клетки, из которых он мог бы, как из
кирпичиков, «строить» свою ткань.

При SVF-терапии мы
вводим в проблемную область стволовые клетки и даем
возможность хрящевой ткани начать процесс «строительства». Болезненность уменьшается за счет улучшения качества смазки сустава и локального введения противовоспалительных клеток.

Ткани, долгое время испытывавшие
«клеточный голод», начинают регенерироваться.

Стволовые клетки способны превращаться
в клетки самых разных органов и тканей

— Расскажите подробнее, что такое стволовые клетки.

— Стволовые клетки уникальны: они способны дифференцироваться, то есть превращаться в клетки самых
разных органов и тканей — костей, хрящей, мышц, кожи
или связок.

Для SVF-терапии мы выделяем стволовые
клетки из собственной жировой ткани пациента, потому что она постоянно образуется в нашем организме
и ее забор не приносит пациенту дискомфорта.

Когда
мы вводим стволовые клетки в сустав, они «видят», что
вокруг хрящ, и тоже становятся хрящом.

— Как проходит процедура?

— Это амбулаторная процедура, она занимает от 60 до
90 минут. Технология не зависит от того, какой именно
сустав поражен, различается
лишь техника инъекций.

Первым этапом под местной
анестезией проводится липосакция из области живота или
бедра. Для этого используется
шприцевая система Arthrex —
самая надежная из всех существующих на рынке. Затем
в специальной центрифуге из
липосакционной фракции извлекаются стволовые клетки.

Далее из вены пациента мы берем 10-15 мл крови.
С помощью центрифуги фильтруем красные тельца
и получаем 5 мл обогащенной тромбоцитами плазмы.

Стволовые клетки смешиваются с обогащенной плазмой крови, и этот «коктейль» врач водит в сустав. Тут многое зависит от мастерства врача. Травматологи-ортопеды —
это хирургическая специальность, и наши врачи прекрасно
владеют всеми инъекционными методиками, проводят эти
манипуляции точно, безболезненно и быстро.

Пациенту предлагается несколько раз согнуть и разогнуть конечность в суставе, чтобы введенный препарат
равномерно распределился в его полости. После этого
пациент проводит два-три часа в дневном стационаре
под наблюдением медиков и может идти домой. На следующий день нужно прийти на контрольный осмотр.

ПРИ КАКИХ ОРТОПЕДИЧЕСКИХ
ЗАБОЛЕВАНИЯХ УСПЕШНО
ПРИМЕНЯЕТСЯ SVF-ТЕРАПИЯ

  • Остеоартрит коленного, плечевого,
    голеностопного, тазобедренного суставов
  • Эпикондилит, известный также как «локоть
    теннисиста» или «локоть гольфиста»
  • Тендинит собственной связки надколенника —
    «колено прыгуна»
  • Повреждение сухожилий вращательной
    манжеты плеча, импиджмент-синдром
    плечевого сустава
  • Тендинит сухожилия длинной головки
    двуглавой мышцы плеча
  • Тендинит пяточного сухожилия, пяточные
    шпоры
  • Остеохондропатии — болезни Осгуда —
    Шляттера, Левена
  • Туннельные невропатии
  • Травматические повреждения мышц
    и сухожилий
  • При медленном сращивании переломов
  • После оперативного удаления
    металлоконструкций
  • Восстановление после травм

— Можно ли с помощью этой технологии избежать
операции по протезированию суставов?

— Эндопротезирование — это сложная операция с долгой реабилитацией. Не все пациенты могут перенести ее
из-за сердечной патологии или общего состояния здоровья.

Кроме того, после эндопротезирования боль еще
долго не уйдет, хотя будет вызвана уже другими причинами.

Также есть риск осложнений, таких как отторжение
металлоконструкции организмом, и тогда потребуется
операция по ревизии, иногда и по замене протеза сустава.

Успешно проведенная SVF-терапия позволяет пациенту на долгое время — например, пока он ждет квоту
на эндопротезирование — существенно снизить боль,
а в некоторых случаях и совсем забыть о ней. Сейчас
многие стационары из-за карантина откладывают плановые операции, и мы можем таким образом продлить
время ожидания или даже помочь полностью отказаться от протезирования.

— А популярные блокады действуют таким же образом?

— Можно делать блокаду плечевого или локтевого сустава дипроспамом. Но у этого лекарства много противопоказаний, и его нельзя использовать часто. При частых
инъекциях в короткий временной промежуток оно начинает разъедать хрящевую ткань. Кроме того, это симптоматическая терапия, она воздействует на следствие, но
не на причину. SVF-терапия безопаснее и эффективнее.

— Почему у процедуры такая ощутимая цена?

— В первую очередь это связано с использованием качественных зарубежных расходных материалов. Также
в цену закладываются затраты на анестезиологическое
пособие, стерилизацию и т. д. Кроме того, оборудование поставляется из Европы или Америки, и доставка
тоже входит в стоимость. Так как это микрооперация,
то вместе с врачом в ней участвует медсестра, что тоже
сказывается на цене.

— Есть ли противопоказания?

— Есть ряд противопоказаний, например, нарушение свертываемости крови и прием кроверазжижающих препаратов, которые назначаются, в частности, после инсультов
и инфарктов, сосудистых патологиях.

Дело в том, что при
шприцевой липосакции происходит травматизация сосудов в подкожно-жировой клетчатке и образуется подкожная гематома.

При низкой свертываемости крови у пациента возникает большой риск серьезного кровотечения.

  • Также к противопоказаниям относятся онкология, аутоиммунные заболевания, иммунодефицит, тромбоцитопения, непереносимость лидокаина, острые инфекционные заболевания, в том числе ОРВИ, беременность,
    а также любой воспалительный процесс в месте забора
    жировой ткани или в месте предполагаемой инъекции.
  • — Могут возникнуть осложнения или побочные эффекты?
  • — Риск осложнений минимален, если соблюдать простые рекомендации врача: не мочить зону антисептической повязки в течение суток и исключить бассейн, баню
    и солярий на неделю.

На следующий день или через день после процедуры
боль усиливается — это начинается борьба с воспалением. Через три дня боль стихает и к 14-му дню, как правило, исчезает полностью. Возможны покраснение, кровоподтек или синяк в области инъекции и липосакции.

— Сколько процедур нужно сделать, чтобы ощутить
эффект?

— Это зависит от степени прогрессирования заболевания, локализации, индивидуальных особенностей пациента и других факторов. При легкой степени поражения
сустава достаточно одной процедуры, но чаще приходится сделать две-три с интервалом в 30 дней.

Эффект может проявляться с самых первых дней после процедуры и будет постепенно усиливаться. У большинства пациентов системное улучшение наступает через один-два месяца после завершения лечения.

БЛАГОДАРЯ ПРОЦЕДУРЕ:

  • исчезает или заметно уменьшается боль
  • восстанавливются ткани хряща
  • улучшается вязкость и эластичность
    синовиальной жидкости сустава
  • замедляется процесс разрушения хряща
  • уменьшается воспалительный процесс
  • улучшается питание поврежденных тканей
  • активируется синтез коллагеновых
    и эластических волокон

— Как долго длится эффект от терапии?

— Пока человек не получит травму или не «износит» эти
клетки. При воспалительном процессе в сухожилиях можно одной процедурой решить проблему, которая мешала
нормально жить годами. Конечно, если нагрузка на суставы выше среднего, как, например, у профессиональных
спортсменов, связки и суставы изнашиваются быстрее.

В принципе, даже пожилому человеку с долго развивающимся артритом может хватить одной процедуры.
В моей практике был 72-летний пациент, егерь по профессии, который после первой процедуры больше не
пришел, и я забеспокоился, позвонил ему, и оказалось,
что ему не до того — он вернулся к работе и охоте, проходит пешком по 20–30 километров!

— Какие еще методики существуют для возвращения
и поддержания физической активности на долгие годы?

— Спектр возможностей непрерывно расширяется. Эта
область называется превентивной медициной. Конечно,
чем раньше начать над этим работать, тем большего эффекта можно добиться.

SVF-терапия позволяет на долгое время
существенно снизить боль, а в некоторых
случаях и совсем забыть о ней

Мы помогаем пациентам входить в средний и пожилой возраст подготовленными, стараемся предупредить возникновение различных дегенеративных процессов в организме. У тех, кто к нам обращается, много
дел — бизнес, семья, путешествия, они хотят сохранить
привычный уровень жизни, без боли. Самое главное —
они готовы для этого менять свой образ жизни и следовать рекомендациям врачей.

В обычной практике пациенты обращаются к ортопеду-травматологу, когда болезнь уже развилась, и зачастую помочь им может только длительное лечение или
операция.

А в отделение превентивной медицины люди
приходят не с тем, что у них что-то болит, а с тем, что
«стало хуже, чем было», например, суставы стали ощущаться. Тут нет показаний к обезболиванию, но есть
желание предупредить появление боли.

Заболевания
суставов развиваются постепенно, и сейчас мы можем
замедлить их развитие и тем самым значительно улучшить качество жизни.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector